title: Винные погреба, где хранят коллекции Геринга и Путина
summary: К более тесным отношениям с Европейским Союзом движется не только Украина. Молдова также делает шаги в направлении Брюсселя, но Россия в ответ наносит удар по ее виноделию, которое таит в прошлом интересные интриги.
text: Молдова - уголок Европы, похоже, совсем забытый времен. За пределами столицы, Кишинева, мало что изменилось за последние 100 лет. Дороги - это испытание костей на прочность. Лошади тянут повозки, нагруженные людьми и продовольствием. Гуси внимательно рассматривают чужаков. Пока внимание мира приковано к соседней Украине с ее ужасным конфликтом, крестьяне Молдовы занимаются традиционным заботами, такими как сбор урожая. Я еду с Василием Кульевым на его ржавом советском комбайне, который со скрежетом и скрипом преодолевает ячменное поле. Еще двое мужчин, такие же изношенные временем, как и их машина, сидят на кузове для зерна. Василий говорит, что за работу от рассвета до темноты каждый член бригады получит по пять долларов. Я спрашиваю, где местная молодежь. "За рубежом", - сухо отвечает он. Экономика Молдовы - это преимущественно сельское хозяйство, которое держится на малых фермах, ручной работе и низких доходах. Со времен распада СССР, когда эта бывшая советская республика стала независимой, она всегда была одной из беднейших в Европе. Виноделы Молдовы говорят, что осознали - "нельзя зависеть от России" Но есть один плод молдавской почвы, который позволяет надеяться на лучшее, - виноград. На большой части территории, сколько хватает глаз, поблескивают глянцевыми зелеными листьями бесконечные виноградники. Удивительно, но эта малоизвестная нация с менее чем четырьмя миллионами душ почти никогда не покидает список десяти ведущих экспортеров вина в мире. Молдавские производители вина как только могут, подпирают национальную экономику. По крайней мере, так было - но в прошлом году их продажи пошатнулись, а настроение "скисло". И причина не в погоде, не в почве, а в Москве. Россияне издавна любят молдавское вино. От царей до советских комиссаров, Москва всегда ценила свои права на виноградники Молдовы. И нигде это так не было очевидно, как в винном хозяйстве Cricova. В него входят тысячи гектаров прекрасно ухоженных виноградников, но самое большое богатство Cricova скрыто под землей. Полвека назад советские хозяева Молдовы построили в старых шахтерских тоннелях, что уходят далеко вглубь известковых холмов, один из лучших и крупнейших винных погребов в мире - 113 км подземных хранилищ, которые хранят более миллиона бутылок. Экскурсию для меня проводит директор по маркетингу Cricova Александру Алексеев. Он останавливает свой карт-автомобиль вблизи глубокой ниши, полной пыльных бутылок. "Это частная коллекция Германа Геринга, захваченная Красной Армией в Берлине в 1945 году", - говорит он. Я беру в руки бутылку белого мозельского, стираю с нее пыль и рассматриваю на свет, думая о том, держал ли ее когда-то в руках соратник Гитлера. Вино мутное и, похоже, в нем плавают крошки от пробки. "Не убирайте грязь. Даже пыль имеет цену", - предостерегает Алексеев. "Какую цену?" - уточняю я. - "Ну, каждая бутылка стоит 25 тысяч долларов, а их здесь 129", - отвечает он. Но больше Алексеева сейчас беспокоит другая коллекция, не Германа Геринга, а нашего современника, человека по имени Владимир Путин. Путин имеет собственную пещеру в криковских тоннелях. Каждому государственному деятелю, который посещает это винохозяйство, даруется привилегия создать здесь собственную коллекцию; и коллекция Путина значительно больше, чем у других. "Он бывал здесь несколько раз - ему здесь так нравится, что он даже выбрал это место для вечеринки по поводу своего 50-летнего юбилея, - рассказывает Алексеев. Здесь на его лицо набегает тень. - Конечно, с тех пор многое изменилось". Российский роман с молдавским вином, который лелеялся во времена советского господства, закончился на горькой ноте. Путина разозлило решение правительства Молдовы сблизиться с ЕС. А как известно молдаванам на примере соседней Украины, Москва склонна требовать расплаты. Чтобы наказать Молдову за непринятие его плана, - "Евразийского Союза", который должен был достичь границ бывшей советской империи, - Путин наложил запрет на импорт молдавского вина в Россию. "Нас будто окатили холодной водой - мы потеряли 30% своего экспорта. Но мы должны извлечь из этого урок. Нам надо искать новые рынки в Европе, США и Китае. Нельзя зависеть от России", - заключает Алексеев. Итак, теперь проевропейское правительство Молдовы наблюдает за ужасами в Украине с плохим предчувствием. Когда Путин говорит о возрождении российского величия, о защите законных интересов Москвы, он адресует эти слова не только Киеву, но и Кишиневу. Как узнали виноделы Cricova ценой своих доходов, Россия все еще имеет рычаги в землях, где когда-то хозяйничала. Эмбарго на вино - первый залп, но, вероятно, не конец вражды.